Елена Мякишева

Действительно, имела место судебная практика, когда суды, руководствуясь «банкротным» мораторием, признавали недействительными решения налоговых органов в части начисления не только пени, но и штрафа. Иногда даже налоговые органы не оспаривали соответствующие судебные акты (например, дело № А81-280/2023). Но большинство судов исходило из того, что под мораторий подпадает только пеня (например, дело № А60-2686/2023), и, в принципе, при заявлении налогоплательщиком соответствующего довода в суде, налоговые органы самостоятельно корректировали свои решения в части пени. Определение ВС РФ не сделает какого-то переворота в судебной практике по данной категории споров, так как большинство нижестоящих судов придерживалось данной точки зрения. Суды указывали, что мораторий не подлежит применению к штрафам, поскольку они не подпадают под понятие финансовых санкций за неисполнение или ненадлежащее исполнение соответствующих денежных обязательств и обязательных платежей (акцессорное обязательство), а представляют собой меры публично-правовой ответственности. Вместе с тем, определение поставит точку в данном вопросе и снимет возможные сомнения нижестоящих судов и участников споров.

Эти судебные акты должны снять разногласия, возникающие между управляющими, налоговыми органами и кредиторами. Необходимо отметить отказ от применения формального подхода с разрешением спора на основе смысла и существа соответствующих отношений. В обоих определениях можно выделить значительный блок рассуждений. Определения содержат несколько общих посылов, вытекающих из природы гражданско-правовых и банкротных отношений. Поэтому можно предположить, что тезисы из этих определений еще не раз будут использованы в судебных актах по разным категориям обособленных споров. Также примечателен тезис рассматриваемого определения о праве суда в исключительных случаях (при выявлении намерений КДЛ воспользоваться процедурой банкротства для экономии на налогах) занять иной подход в вопросе об определении очередность восстановленного НДС. ВС РФ предваряет возможные злоупотребления своей позицией и дает разъяснения как действовать в случае их наличия.

Данное определение станет ориентиром для многих дел о разрешении разногласий между залоговыми кредиторами и арбитражным управляющими, так как ВС РФ не только разобрал одну конкретную ситуацию, но и обозначил правила, которые можно применять в иных случаях. Вопрос распределения выручки от продажи заложенного имущества не теряет своей актуальности, так как зачастую такое имущество является единственным активом должника. Поэтому за счет выручки от его реализации пытаются покрыть максимальное количество расходов и залоговому кредитору почти ничего не остается. Данное определение ВС РФ также будет способствовать более ответственному подходу залоговых кредиторов к процедуре реализации имущества: они будут ориентировать управляющего на его более оперативную продажу и оценивать для себя целесообразность оспаривания тех или иных действий при реализации залога.