Верховный суд РФ расширил свою предыдущую позицию и разъяснил, что налоговое бремя может быть возложено на залогового кредитора только в части налогов, начисленных за период с момента, когда кредитор начал пользоваться преимуществом залога. Это верно, но основа аргументации спорная. Позиции Верховного суда и Конституционного суда построены на толковании ст. 210, 343 ГК РФ и п. 6 ст. 138 закона о банкротстве, то есть на толковании норм о бремени содержания залогового имущества, что методологически неверно. Налог — это не расходы по содержанию имущества, это обязательное и безвозмездное отчуждение денежных средств публично-правовому образованию. Соответственно для разрешения анализируемого дела требовалось ответить на вопрос: кто является налогоплательщиком после признания должника банкротом? Юридически — собственник имущества, то есть должник, но должника уже нет, есть только конкурсная масса, подлежащая распределению, то есть экономически плательщиками налогов являются кредиторы должника. И только ответив на этот вопрос, можно на основе принципа pari passu с применением п. 6 ст. 138 закона о банкротстве по аналогии прийти к выводу, что налоговые обязательства погашаются до требований кредиторов.
